2 Corinthians 11:5–29

Но я думаю, что у меня ни в чем нет недостатка против высших Апостолов:

хотя я и невежда в слове, но не в познании. Впрочем мы во всем совершенно известны вам.

Согрешил ли я тем, что унижал себя, чтобы возвысить вас, потому что безмездно проповедывал вам Евангелие Божие?

Другим церквам я причинял издержки, получая от них содержание для служения вам; и, будучи у вас, хотя терпел недостаток, никому не докучал,

ибо недостаток мой восполнили братия, пришедшие из Македонии; да и во всем я старался и постараюсь не быть вам в тягость.

По истине Христовой во мне скажу, что похвала сия не отнимется у меня в странах Ахаии.

Почему же так поступаю? Потому ли, что не люблю вас? Богу известно! Но как поступаю, так и буду поступать,

чтобы не дать повода ищущим повода, дабы они, чем хвалятся, в том оказались такими же, как и мы.

Ибо таковые лжеапостолы, лукавые делатели, принимают вид Апостолов Христовых.

И неудивительно: потому что сам сатана принимает вид Ангела света,

а потому не великое дело, если и служители его принимают вид служителей правды; но конец их будет по делам их.

Еще скажу: не почти кто-нибудь меня неразумным; а если не так, то примите меня, хотя как неразумного, чтобы и мне сколько-нибудь похвалиться.

Что скажу, то скажу не в Господе, но как бы в неразумии при такой отважности на похвалу.

Как многие хвалятся по плоти, то и я буду хвалиться.

Ибо вы, люди разумные, охотно терпите неразумных:

вы терпите, когда кто вас порабощает, когда кто объедает, когда кто обирает, когда кто превозносится, когда кто бьет вас в лицо.

К стыду говорю, что на это у нас недоставало сил. А если кто смеет хвалиться чем-либо, то (скажу по неразумию) смею и я.

Они Евреи? и я. Израильтяне? и я. Семя Авраамово? и я.

Христовы служители? (в безумии говорю:) я больше. Я гораздо более был в трудах, безмерно в ранах, более в темницах и многократно при смерти.

От Иудеев пять раз дано мне было по сорока ударов без одного;

три раза меня били палками, однажды камнями побивали, три раза я терпел кораблекрушение, ночь и день пробыл во глубине морской;

много раз был в путешествиях, в опасностях на реках, в опасностях от разбойников, в опасностях от единоплеменников, в опасностях от язычников, в опасностях в городе, в опасностях в пустыне, в опасностях на море, в опасностях между лжебратиями,

в труде и в изнурении, часто в бдении, в голоде и жажде, часто в посте, на стуже и в наготе.

Кроме посторонних приключений, у меня ежедневно стечение людей, забота о всех церквах.

Кто изнемогает, с кем бы и я не изнемогал? Кто соблазняется, за кого бы я не воспламенялся?